Проблемы золотодобывающей отрасли современной России усугубляются

П.Д. Луняшин — советник председателя Союза старателей России, ветеран Крайнего Севера.




 Доля распределённого фонда составляла на 01.01.2023 г. 92,8 % по категориям А+В+С₁ и 90,6 % — по категории С₂. Крупных золоторудных месторождений в нераспределённом фонде не осталось. А минерально-сырьевая база россыпных месторождений практически полностью истощена. На 01.01.2023 г. остатки балансовых запасов для россыпной добычи по категориям А+В+С₁ составляли 694 т (при годовой добыче на уровне 80 т). Значительные ресурсы (по оценке многих специалистов) драгоценного металла содержатся в техногенных россыпях, до 2,5–3 тыс. т. Немало золота содержится в хвостах отработки рудных месторождений. Процент извлечения золота при обогащении редко превышает 85 %. Потери в 15 % в отвалах обогатительных фабрик в будущем могут стать серьёзным резервом для золотодобывающей отрасли. После развала СССР государство полностью устранилось от поисково-оценочных и геологоразведочных работ на россыпи. Более 30 лет основное пополнение МСБ обеспечивают геологоразведочные службы предприятий. Из добытых россыпниками России с 1992 г. 2,5 тыс. т золота прирост почти 2 тыс. т обеспечен самими предприятиями.

Оценивая МСБ страны, хочу немного остановиться на Куларском рудно-россыпном районе в якутском Заполярье, который в 1970–1980-е годы в СССР занимал видное место в россыпной золотодобыче. В отдельные годы ГОК «Куларзолото» вносил в золотую копилку страны около 10 т. После развала СССР добыча в этом районе почти сошла на нет, но с 2018 г. с приходом компании ООО «АДК» под руководством Е. Матвеева россыпная добыча возродилась и достигла 600 кг в год. Золота в куларских недрах ещё немало. В нераспределённом фонде на 01.01.2012 г. числилось 17,2 т балансовых запасов по категориям С₁+С₂. Сегодня остатки балансовых запасов россыпных месторождений Кулара составляют по категориям С₁+С₂ более 13 т золота со средним содержанием свыше 1,5 г/м3. Но на Куларе есть и рудное золото. В 1980-е годы здесь была построена рудная обогатительная фабрика и получено свыше 900 кг золота из месторождения Кыллах. Сегодня на государственном балансе находятся 4 рудных месторождения (Кыллахское, Мастах, Емельяновское, Эмись) с запасами руды 408 тыс. т и золота 961 кг по кат. С₁ и 2460 кг по кат. С₂. Среднее содержание золота по этим месторождениям 8,38 г/т. Согласно отчёту по теме «Оценка прогнозных ресурсов золота и др. металлов», выполненного на основании договора между ГУП «Сахагеоинформ» и ФГУП «ЦНИГРИ», по состоянию на 01.01.2003 г. по Куларскому золотоносному району прогнозные ресурсы рудного золота оцениваются в 653,7 т, в т.ч. по кат. Р₁ — 24,7 т, Р₂ — 228,2 т, Р₃ — 400,8 т. Таково наследие золотого Кулара, который за свою недолгую 30-летнюю историю дал стране около 163 т золота. К сожалению, Роснедра не проявляют интереса к перспективному рудно-россыпному Куларскому району, который входит в арктическую зону России. В связи с началом освоения золоторудного месторождения Кючус и строительством атомной электростанции всего в 110 км от Кулара появилась возможность включить этот район в добывающий кластер Кючус-Депутатский.

Многие годы специалисты-россыпники говорят о необходимости принять законодательные акты по широкомасштабному освоению техногенных россыпей, но российские чиновники игнорируют предложения учёных и производственников.

На 01.01.2023 г. учтено всего 30 техногенных месторождений с балансовыми запасами золота 48,3 т, еще 2 техногенных месторождения содержат только забалансовые запасы 14,6 т. Если эти цифры сравнить с предполагаемыми техногенными запасами в 2,5–3 тыс. т, то перспективы расширения МСБ в этом направлении очевидны. А ещё по разным причинам немало золота находится в неучтённых балансом запасах. Магаданское производственное объединение «Северовосток золото» в 1972–1992 гг. добыло из «неучтёнки» 38 % всего золота (453 т), и это тоже огромный потенциал расширения россыпной МСБ при грамотно составленных нормативных документах.

Много лет специалисты — учёные и производственники — вносят предложения по широкомасштабному освоению техногенных россыпей. Эти предложения можно сформулировать следующим образом: дать четкое нормативно-правовое определение техногенных ресурсов (образований) россыпных месторождений, исключая упоминание о государственной экспертизе; определить критерии, по которым можно разделить техногенные месторождения на те, которые реально оценить с помощью повторных геологоразведочных работ и те, которые можно отрабатывать только разведочно-эксплуатационными полигонами (РЭПами) на условиях коммерческого риска; внести изменения в ст. 29 Закона «О недрах» и разрешить попутную добычу полезных ископаемых при производстве разведочных и эксплуатационных работ на основании проектной документации, прошедшей необходимые экспертизы и согласованной в установленном порядке.

Для техногенных образований, которые подойдут для отработки РЭПами, следует разрешить недропользователям проводить добычу драгоценных металлов в границах предоставленного лицензией горного отвода без геологического изучения недр и установления кондиций; запасы ставить на оперативный учёт по результатам их отработки и списывать по завершении работ; отменить требование проведения государственной экспертизы запасов; участки с техногенными образованиями для отработки РЭПами предоставлять только действующим предприятиям, обеспеченным техникой, специалистами и необходимыми компетенциями в области золотодобычи, исключив возможность предоставления таких участков компаниям, не имеющим опыта работы на золотодобыче.

Кроме проблем с МСБ золота хочу отметить другие проблемы, которые уже ощутимо влияют на развитие отрасли. Первая — это проблемы финансирования предприятий. При процентной банковской ставке выше 20 % и сроках освоения рудных месторождений в 7–8 лет сложно говорить о развитии перспективных горных проектов. Кабальные кредиты легко могут добить и многие небольшие старательские артели, которые за последние годы начали снижать россыпную золотодобычу. Если в 2021 и 2022 гг. было добыто по 83 тонны россыпного золота, то в 2023 г. — 70 т, ещё более снизилась (по предварительным данным) добыча в 2024 г.

Вторая проблема — кадровая. И если предприятия рудной добычи с их вахтовым методом как-то справляются с кадровым дефицитом (а крупные имеют возможность самостоятельно готовить специалистов многих специальностей), то россыпники с сезонным характером работ, когда в таёжной глухомани надо безвылазно просидеть 7–8 мес., с каждым годом недобирают как рабочих, так и инженеров — менталитет людей за последние годы серьёзно изменился в части требований не только заработной платы, но и условий труда и отдыха. В итоге из-за отсутствия персонала простаивает мощная землеройная техника, падает золотодобыча. В связи с катастрофическим положением с обеспечением специалистами россыпной золотодобычи требуется незамедлительно решить вопрос о дополнении Перечня сезонных профессий сезонными горными работами на россыпях в особом порядке, для чего дополнить Постановление Правительства РФ от 04.07.2002 г. № 498 п. 10 «Промышленность по добыче и обработке драгоценных металлов (работы, связанные с добычей драгоценных металлов из россыпных месторождений).

Третья проблема, которая не влияет непосредственно на добычу, но незримо присутствует не только на горных работах — это утилизационный сбор (УС). В своё время, УС был введён под лозунгом улучшения экологических проблем: деньги, взимаемые с предприятий (а это триллионы рублей), по Закону планировалось возвращать владельцам оборудования и утилизирующим компаниям после проведения утилизации выбывшего оборудования. Союз старателей ещё в 2016 г. обратился в профильный департамент Минпромторга с просьбой разработать нормативные документы, которые определят порядок компенсации добывающим предприятиям уплаченного утилизационного сбора после утилизации утратившей свои потребительские свойства техники. Потом были неоднократные обращения в Минпромторг и его департаменты, в торгово-промышленную палату, к председателю Правительства и к Президенту страны. Никто из них не прореагировал на проблему. Для решения вопроса Минпромторг РФ согласно Федеральному Закону № 89-ФЗ от 24.06.1998 г. был обязан ещё в 2012 г. подготовить инструкцию «О порядке возврата уплаченного утилизационного сбора предприятиям, которые осуществляют утилизацию». До настоящего времени вопросы оценки факта утилизации на удаленных объектах и порядок возврата уплаченных за утилизацию средств не определены.

В числе постоянных предложений, которые Союз старателей начал выдвигать сразу после прекращения закупки золота Центробанком России — обеспечить меры к пополнению золотого запаса России и прекратить негативную практику ежегодной продажи большей части добываемого в стране золота за рубеж. К чему привела эта бездарная (я бы даже сказал враждебная) политика чиновников, я приведу на конкретном примере.

Прекращение закупок золота в государственные резервы в 2020 г. привело к массированному экспорту добытого золота. За 2020–2024 гг. за границу было отправлено около 1360 т золота, и это без учёта золота в слитках, проданного населению России (примерно 230–250 т), часть из которого также была вывезена за рубеж. По данным ЦБ на 1 января 2021 г. объём золота в резервах России оценивался в 110 млрд долл. (2298,5 т), а 1 января 2025 г. — в 196 млрд долл. (2332,8 т). Не прилагая особых усилий и закупив всего 34 т золота, ЦБ стал богаче на 57 млрд долл. Но если бы чиновники Центробанка вняли голосу разума и продолжали покупку добытого в России золота (1360 т), то только за счёт разницы в ценах по состоянию на 01.01.2025 г. (с ценами закупки в соответствующие годы) дополнительная прибыль банка могла составить 4,842 трлн руб. или 25,8 млрд долл. Важно отметить, что ЦБ делает закупки не за доллары, а за рубли, то есть только за 5 лет он мог влить в реальную экономику 5 трлн руб., никоим образом не разогнав инфляцию. Жалкое блеяние руководителей ЦБ РФ о том, что покупка золота разгоняет инфляцию, не подтверждается фактом покупки в 2014–2019 гг. 1236 т золота, которая не повлияла на инфляцию, но которая стабильно растёт последние 5 лет, а национальная валюта девальвировалась за это время почти на 40 %.

Хочу остановиться на всё более усиливающейся бюрократизации золотой отрасли. Проблема бюрократизации присутствовала как на заре Советской власти, так и в СССР. Ещё в марте 1923 г. талантливый организатор Ф.Э. Дзержинский заявлял: «.. чтобы... государство не обанкротилось, необходимо разрешить проблему госаппаратов... Каково настоящее положение. Неудержимое раздутие штатов... чудовищная бюрократизация всякого дела — горы бумаг и сотни тысяч писак; захваты больших зданий и помещений; миллионы излишеств. Это легальное кормление и пожирание госимущества этой саранчой. В придачу к этому неслыханное, бесстыдное взяточничество, хищения, нерадения, вопиющая бесхозяйственность, характеризующая наш так называемый «хозрасчет», преступления, перекачивающие госимущество в частные карманы. ...9/10 сил и энергии уходит...не на создание новых ценностей, не на само производство, а на согласование, отчетность, оправдание, испрашивание. Бюрократизм и волокита заели нас, хозяйственников. На работу нет времени. Мы устали жить и бороться».

Число чиновников в нашей стране поначалу менялось незначительно: в 1913 г. в Российской империи на 10 тыс. населения приходилось 62 чиновника, в СССР в 1926 г. — 69, а наибольшего уровня численность управленцев в Советском Союзе (в 1985 г.) составляла 2,03 млн человек на 276 млн населения (74 чиновника на 10 тыс. населения). В современной России число чиновников (2020 г.) достигло рекордных 2,4 млн человек (3,3 % численности занятых в экономике) или 163 чиновника на 10 тыс. населения. И это со всей цифровизацией, интернетизацией и оптимизацией — в РФ чиновников в 2 с лишним раза больше, чем в пик бюрократии в СССР. Стремительный рост чиновничества начался с 2000 г., когда управленцев было 1,125 млн человек (79 чиновников на 10 тыс. населения). При этом расходы на чиновный аппарат возросли в 13 раз! В СССР на управленцев было заложено 0,6 % расходов бюджета, на современных чиновников выделяют 7,8 % бюджетных затрат, это больше, чем на медицину или образование.

Но самое главное, что изменился в худшую сторону качественный состав чиновничества. Если раньше в органы управления привлекали лучших специалистов с многолетним производственным опытом, то нынче людей назначают на высокие должности лишь по принципу личной преданности, по кумовству и родственным связям, и они сразу начинают «ломать дрова» ввиду своей некомпетентности. В нарастающей прогрессии на производство накатывает вал ненужных постановлений, инструкций, предписаний, растёт число штрафов за малейшие нарушения. Многочисленные попытки руководства страны к снижению численности управленцев стабильно приводят к новому витку роста армии чиновников.

Подводя итог, могу отметить основные проблемы, которые не дают золотодобывающей отрасли развиваться в полную силу:

• недостаточная сырьевая база для поддержания золотодобычи;
• проблемы широкомасштабного освоения техногенных россыпей;
• проблемы финансирования предприятий;
• кадровые проблемы;
• экологические проблемы из-за нерешённости вопросов использования средств утилизационного сбора;
• отсутствие стремления к пополнению золотого запаса России, негативная практика ежегодной продажи большей части добываемого в стране золота за рубеж;
• усиливающаяся бюрократизация золотой отрасли.

Опубликовано в журнале «Золото и технологии», № 1 (67)/март 2025 г.